РОЛЬ РУССКОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

В РУССКО-АРМЯНСКОМ СБЛИЖЕНИИ

Часть VI

В формировании русской исторической мысли велика роль Николая Ивановича Новикова, который оказал большое влияние на нее не только своими взглядами в целом, но и непосредственным участием в развитии исторической науки. Изданная им в 70-80-е годы XVIII в. “Древняя Российская Вивлиофика” явилась непревзойденным для своего времени сводом важнейших источников и документов по русской истории.
Среди документов, опубликованных Новиковым в его “Древней Российской Вивлиофике”, имеются некоторые материалы, представляющие большую ценность с точки зрения истории русско-армянских отношений и особенно с точки зрения русской ориентации армянского освободительного движения. В таких документах, как, например,”Посольство в Испанию и во Францию”, “Статейный список посольства Никифора Михайловича Толчанова в Грузию 1650 года” и другие, содержатся ценные сведения о торговой деятельности армянских купцов в разных странах134, о хозяйственной деятельности армян в Астархани135, об участии армян в русско-грузинских политических переговорах136 и др. Весьма интересно, что Новиков упоминает о проезде в Москву известного армянского деятеля русской ориетации Григория Лусикова137.
В XVI части “Древней Российской Вивлиофики” имеется интересная подборка дипломатического протокольного характера из обращений глав разных государств и церквей к русским князьям и царям. В этой подборке фигурируют также “Описание Патриархов Арменских, которые имели ссылки с Государями царями и Великими Князьями Российскими, какия от них и к ним грамматы, и какия титулы употребляли”. Интересно, что под этим заголовком Новиков пишет: “С тем Арменином (т. е. Лусиковым.- Р. Х.) к Великому Государю Царю и Великому Князю Алексею Михайловичу, всеа Великия и Малыя и Белыя России, Самодержцу, писали два листа, Арменской Патриарх Петр, да армяне, которые живут в Испагани”138. И далее Новиков приводит формулы обращения из письма Патриарха Петра и из письма испаганских армян.
В журнале Н. И. Новикова “Прибавление к Московским ведомостям” мы встречаем ряд таких интересных сведений, как, например, в серии статей, посвященных большим городам мира, дается много данных об армянах Амстердама139, об армянах, проживавших в Ливорно, о которых говорится, что “армяне, живущие там, подвластны по большей части Римскому папе, и имеют особенные свои церкви”140, т. е. об армянах-католиках.
Новиков дает весьма высокую оценку деятельности армянских торговых кругов и их роли, как в восточной, так и в европейской торговле: “Армяне отправляют почти одни всю Левантскую торговлю; везде их видеть можно, в Ливорне, Венеции, Англии и Голландии; ездят они на немецкия ярмарки и поселяются в Марселе”141.
В статье “Краткое описание нынешнего состояния Турции, а особливо Европейской”, содержатся весьма интересные акценты в связи с национальным составом империи: “Жители тамошние состоят из многих наций. Природные турки османны, составляют меньшую часть и число греков гораздо их боле. Армяне почти столь же многочисленны, как и греки”142. В той же статье читаем: “Христиане за некоторую подать принимаются под защиту правительства, есть ли паши не хотят тиранствовать. Но какая может быть защита и какое терпение под игом деспотизма”143.
Другим свидетельством внимания Н. И. Новикова к истории Армении, к ее прошлому и к ее борьбе за независимость является весьма интересный факт публикации в его журнале “Городская и деревенская библиотека...”144 за 1783 г. повести французского писателя Луи д’Юссё “Арменские Князья”. В этой повести на основе принятого в те времена любовного сюжета описывается борьба древней Армении против персидских захватчиков в период конца царствования Кира и начала правления Камбиза. В повести говорится о том, что Кир “довольсвовался только разорением Армении войною, завоеванием половины оной и покорением другой податию своей короне”145, и что Камбиз, считая это недостаточным, задался целью полностью завоевать Армению и лишить жизни ее царя Тиграна. Армянский царь Тигран, его сын Арсен и дочь Апамия, армянские полоководцы и войска показаны в повести как героические и самоотверженные защитники своей родины.
Представляет большой интерес еще один аспект внимания Н. И. Новикова к армянам, связанный с вопросом об англо-армянском соперничестве на Востоке. Автор в своем журнале “Прибавления к Московским Ведомостям” поместил ряд статей, разоблачавших английскую Ост-Индскую компанию. Можно встретить много интересных сведений об армянских поселенцах в Индии. В одной из статей, в которой описывается город Мадрас, читаем: “Сей город, принадлежащий англичанам и превосходящий величиною, красотою и великолепием все окрестные места, состоит из четырех городов, из которых один обитаем англичанами, другой армянами и чужестранными купцами, третий индийцами, а в четвертом...живут матрозы”146.
В опубликованной в том же журнале книге “Краткое повествование о приключениях с бенгалами под владением английской Ост-Индской компании и причинах оных” немецкого профессора Биша в переводе на русский язык читаем: “ С прилежными армянами, столь нужными для сохранения союза торговли в сих странах, поступала Компания весьма жестоко, и разрушила совсем их продолжаемой торг”147.
Символично и примечательно, что в XVIII в. слово “Армения” прозвучало и из уст Радищева, зачинателя русской революционной исторической мысли. Во вступлении к “Богатырской повести” о Бове-королевиче Радищев, обращаясь к прошлому, упоминает “Черный Понт”,
Где стояло сильно царство
Славна древле Мифридата,
Где Тигран царил в Арменьи148 .
Типично для русской исторической литературы то обстоятельство, что во многих исторических трудах подчеркивается факт захвата Турцией исторических земель Армении. В популярной в России в середине XVIII в. книге- “История города Константинополя...”149 - ясно указывается, что турки “ в Великой Армении поселились”150. Характерны в этом смысле высказывания И.Н. Болтина, который касаясь истории Турции, пишет: “Около половины IX века завоевали они Армению и в ней оставшись сделались срацынами, которые занимали тогда часть Азии, Африки и Европы”151.
В числе книг, затрагивающих вопрос захвата Армении Турцией, заслуживает внимания популярная в то время книга “Цареградские письма...”152. Автор этой книги неизвестен, однако исследователи предполагают, что таковым мог быть русской дипломат П. А. Левашев, бывший в Оттоманской империи русским поверенным в делах153.
Автор “Цареградских писем...” уделяет большое место истории завоевания Армении турецкими захватчиками, указывает, что последние “восприяли путь к Георгии (т. е. Грузии. - Р. Х.) и Армении, где нашед около горы Арарата недалеко от прежних своих обиталищ, прекрасныя места, поселились”154.
Рассказывая об истории завоеваний султана Баязета, автор подробно пишет и об Армнии. Говоря о покорении Армении и Киликии, автор указывает, что это завоевание “порабощением толь бедственным, что не осталось ниже тени свободы, которая защищаема была тут ревностнее, долговременнее и лучше, нежели всякою другою христианскою державою”155.
Описывая завоевания султана Мурада III, автор также указывает, что тот покорил “земли между Дербентом и Таврисом лежащия, также Тифлис, Шахмах, Эресь и иные богатые и многолюдные города, отколе простер он власть свою на Мидию и Великую Армению”156. В книге даются интересные социальные характеристики эксплуатации армянского населения завоевателями. Описывая Константинополь и другие города и регионы Оттоманской империи автор показывает, что большинство населения состояло из славянских народов, а также греков, армян и других порабощенных народов157.
Акцентация тяжелой судьбы армян и их положения под чужим игом характерны и для Карамзина, официального историографа, человека, приближенного ко двору, хорошо знавшего курс политической жизни и достаточно осведомленного в области русско-армянских отношений своего времени.
Касаясь прошлого Армении, Карамзин писал: “В записках князя армянского, Иосифа Долгорукого-Аргутинского, архиепископа армянских церквей в России, сказано, что татары, завоевав Армению в 1262 году, перевели многих жителей в нынешнюю астраханскую и Казанскую губернию, что некоторые из них ушли в Тавриду и поселились отчасти в Кафе, отчасти в Старом Крыме и близ Судака”158.
“В письмах русского путешественника” Карамзин, рассказывая о своем пребывании во Франции, сообщает интересные данные об армянах, проживавших в Париже. В числе прочего он подробно описывает находившийся в церкви Целестинов монумент последнего армянского царя Левона VI и приводит о нем данные из французской хроники. Карамзин пишет: “Там много картин и памятников; между прочим и монумент Леона, царя Армянского, который, будучи выгнан из земли своей турками, умер в Париже в 1393 году. Фруасар, современный историк, говорит об нем следующее: “Лишенный трона, сохранил он царские добродетели и еще прибавил к ним новую: великодушное терпение; с благодетелем своим, Карлом VI , обходился как с другом, не забывая собственного царского сана; а смерть Леонова была достойна жизни его”159.
Положение об узурпации армянских земель турецкими захватчиками закрепилось в русской исторической литературе. В 30-е годы ХIX в. Сергей Глинка отмечал, что “большая часть земель, составлявших древнюю отчизну армян, присвоена была Турцией”160. Так же прочно вошел в русскую историческую литературу и тезис о русской ориентации армян и их стремлении присоединиться к России. Тот же Глинка писал: “Из сего явсвует, что почти вся Персидская Армения занята была и силою русского оружия и ревностным содействием заветной любви армян к России”161.
Политический интерес к положению армянского народа усилился к концу первой четверти ХIX в., в преддверии присоединения Восточной Армении к России.
На грани первой и второй четверти ХIX в. произошли коренные изменения как в общественной и исторической мысли, так и во всей идеологической жизни России. В области освещения истории Армении и русско-армянских отношений наряду с преемственностью родилось и новое качество, связанное с деятельностью демократических сил России, декабристов, а в дальнейшем и с деятельностью русской революционной демократии.
Декабристы, Грибоедов и другие передовые деятели России стали прямыми участниками истории армянского народа, многие из них не щадили жизни во имя освобождения Армении. Сама жизнь связала их с историей армянского народа. Взгляды декабристов и других представителй русской демнократической мысли на историю Армении и русско-армянские отношения рождались уже из непосредственного общения с армянским народом. Они не только познали, но и пережили его судьбу. Это способствовало расширению взгляда на армянский народ, лучшему пониманию социальной дифференциации в его рядах, преодолению ограниченности старых воззрений на историю армянского народа.